Москва            Прага              Санкт-Петербург            Екатеринбург            Новосибирск            Омск
+ 7 (495) 741-35-91

Уголовные адвокаты о практике Верховного Суда РФ

 

За более чем 20 летнюю практику уголовные адвокаты нашей коллегии «Кученев Лопушанский и партнеры» успешно защитили сотни клиентов от предвзятого отношения следственных органов, от подтасовывания одних фактов и неприятия других, от несправедливого приговора суда.

Уголовные адвокаты нашей коллегии одни из самых самые опытных специалистов по уголовному праву, на протяжении десятков лет, вникающие во все тонкости и нюансы каждого дела, не упускающие мельчайших деталей, ведут дела всех категорий сложности, перечисленных в статье 15 Уголовного кодекса РФ:

 

  • Преступления небольшой тяжести (умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, не превышает трех лет лишения свободы);
  • Преступления средней тяжести (умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает пяти лет лишения свободы и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, превышает три года лишения свободы);
  • Тяжкие преступления (умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает десяти лет лишения свободы);
  • Особо тяжкие преступления (умышленные деяния, за совершение которых предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше десяти лет или более строгое наказание). 

 

При обращении в коллегию, уголовные адвокаты прежде всего разъясняют клиентам все тонкости и нюансы практики правоприменения уголовного и уголовно-процессуального законодательства по различным делам, обращая особое внимание при этом на актуальные обобщения и обзоры Верховного суда РФ, некоторые выдержки из которых приведены ниже.

 

1. Если обвиняемый скрылся в ходе судебного разбирательства, суд при наличии ходатайства стороны может рассмотреть уголовное дело в его отсутствие.

В этом случае при устранении обстоятельств, указанных в ч. 5 ст. 247 УПК РФ, по ходатайству осужденного или его уголовного адвоката, приговор, вынесенный заочно, отменяется и судебное разбирательство проводится в обычном порядке. Из материалов уголовного дела следует, что при производстве расследования уголовного дела в отношении Т. мера пресечения в виде заключения под стражу была изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении. Постановлением судьи от 30 января 2012 г. рассмотрение уголовного дела в отношении Т. назначено на 7 февраля 2012 г. Мера пресечения в отношении Т. оставлена прежняя - в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Постановлением судьи от 8 февраля 2012 г. производство по уголовному делу приостановлено в связи с тем, что Т. скрылся и был объявлен его розыск. Постановлением судьи от 25 марта 2013 г. производство по уголовному делу возобновлено, судебное заседание для рассмотрения ходатайства потерпевшей о рассмотрении дела в отсутствие подсудимого назначено на 3 апреля 2013 г. 3 апреля 2013 г. судьей постановлено продолжить рассмотрение уголовного дела в отношении Т. в отсутствие подсудимого. Уголовное дело в соответствии с ч. 5 ст. 247 УПК РФ рассмотрено в отсутствие подсудимого, 10 апреля 2013 г. постановлен приговор, по которому Т. осужден по ч. 1 ст. 131 УК РФ, по ч. 1 ст. 132 УК РФ, по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ (оставленный без изменения судом апелляционной инстанции). 28   марта 2018 года Т. был задержан в г. Иркутске.  В надзорной жалобе уголовный адвокат в защиту интересов осужденного Т. просил отменить приговор и апелляционное определение, поскольку уголовное дело рассмотрено в отсутствие подсудимого, который скрылся в ходе судебного рассмотрения. Президиум Верховного Суда Российской Федерации отменил приговор и апелляционное определение в отношении Т. по следующим основаниям. Согласно ч. 5 ст. 247 УПК РФ, в исключительных случаях судебное разбирательство по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях может проводиться в отсутствие подсудимого, который находится за пределами территории Российской Федерации и (или) уклоняется от явки в суд, если это лицо не было привлечено к ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу. В соответствии с ч. 7 ст. 247 УПК РФ в случае устранения обстоятельств, указанных в ч. 5 ст. 247 УПК РФ, приговор или определение суда, вынесенные заочно по ходатайству осужденного или его защитника, отменяются в порядке, предусмотренном главой 48 УПК РФ. Судебное разбирательство в таком случае проводится в обычном порядке. На основании изложенного Президиум отменил приговор и апелляционное определение в отношении Т., уголовное дело передал на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда. 


2. При назначении дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности в приговоре необходимо указывать определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение. 

По приговору суда (с учетом внесенных изменений) Н. осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к лишению свободы сроком на 5 лет в исправительной колонии общего режима, с применением ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права занимать должности в правоохранительных органах сроком на 3 года. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев уголовное дело по кассационной жалобе уголовного адвоката в защиту интересов осужденного, изменила приговор в части назначенного Н. наказания. Как следует из приговора (с учетом внесенных изменений), суд признал Н. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ и назначил ему за указанное преступление наряду с основным наказанием в виде лишения свободы дополнительный вид наказания - лишение права занимать должности в правоохранительных органах на определенный срок. Согласно ч. 1 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью. Исходя из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», лишение права занимать определенные должности состоит в запрещении занимать должности только на государственной службе или в органах местного самоуправления. При этом в приговоре необходимо указывать определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение (например, должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, организационно-распорядительных и (или) административно -хозяйственных полномочий). Однако суд первой инстанции, назначив Н. дополнительный вид наказания в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах, не указал в приговоре определенный конкретными признаками круг должностей, на который распространяется запрещение, что свидетельствует о существенном нарушении норм уголовного закона при назначении виновному наказания. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила приговор и последующие судебные решения в отношении Н., при назначении ему дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах сроком на 3 года, указала, что данные ограничения касаются запрета занимать должности связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий в указанных органах.

  

3. В тех случаях, когда в силу требований закона осужденному не может быть назначено наказание в виде лишения свободы (например, ч. 1 ст. 56 УК РФ), принудительные работы не назначаются. 

С. признан виновным в том, что, являясь лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, совершил управление автомобилем, находясь в состоянии опьянения. По приговору суда от 10 апреля 2018 г. С. осужден, помимо прочего, по ст. 2641 УК РФ к 9 месяцам принудительных работ с лишением права управления транспортным средством на два года. На основании ч. 3 ст. 69, ст. 71 УК РФ С. назначено 17 лет лишения свободы с ограничением свободы на два года, с лишением права управлять транспортным средством на 2 года. При назначении наказания в виде ограничения свободы судом установлены ограничения и возложена обязанность из числа предусмотренных ст. 53 УК РФ, указанные в приговоре. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассмотрев уголовное дело по апелляционной жалобе уголовного адвоката в защиту интересов осужденного, изменила приговор в части наказания, назначенного за совершение преступления, предусмотренного ст. 2641 УК РФ. Как следует из приговора С. по ст. 2641 УК РФ назначено наказание в виде принудительных работ. При этом судом не учтены требования ст. 531 и ч. 1 ст. 56 УК РФ при назначении наказания. По смыслу ст. 531 УК РФ наказание в виде принудительных работ назначается только как альтернатива лишению свободы, то есть данный вид наказания может быть назначен осужденному лишь при условии, что ему может быть назначено и лишение свободы. Между тем согласно ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных статьей 63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных частью первой статьи 228, частью первой статьи 231 и статьей 233 данного Кодекса, или только если соответствующей статьей Особенной части указанного Кодекса лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания. Преступление, которое совершил С., относится к категории небольшой тяжести, совершено им впервые при отсутствии отягчающих обстоятельств, а санкция ст. 2641 УК РФ является альтернативной, предусматривает помимо лишения свободы и принудительных работ более мягкие виды наказания. При таких обстоятельствах у суда отсутствовали правовые основания для назначения С. лишения свободы а, следовательно, и такого вида наказания как принудительные работы. В силу изложенного Судебная коллегия изменила приговор и назначила С. по ст. 2641 УК РФ наказание в виде обязательных работ на срок 320 часов с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на 2 года, смягчив ему наказание по совокупности преступлений.

 

4. При решении вопроса о возможности применения ограничения свободы суд ошибочно признал лицо не имеющим места постоянного проживания на территории Российской Федерации, сославшись на то, что место его фактического проживания не совпадает с местом регистрации.

 По приговору суда от 26 декабря 2017 г. Н. осужден по ч. 3 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 16 лет, по ч. 1 ст.222 УК РФ к лишению свободы на 2 года со штрафом 20 000 рублей, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, - к лишению свободы на 16 лет 6 месяцев со штрафом 20 000 рублей. В апелляционном представлении государственный обвинитель просил приговор в отношении Н. изменить, назначив ему по ч. 3 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и по совокупности преступлений дополнительное наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев. Автор представления отметил, что вывод суда об отсутствии у Н. места жительства на территории России противоречит обстоятельствам дела. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила приговор в отношении Н. в части назначенного ему наказания по следующим основаниям. Санкцией ч. 2 ст. 105 УК РФ ограничение свободы предусмотрено в качестве дополнительного наказания к лишению свободы, подлежащего обязательному назначению. Согласно положениям ч. 6 ст. 53 УК РФ ограничение свободы не назначается лишь военнослужащим, иностранным гражданам, лицам без гражданства, а также лицам, не имеющим места постоянного проживания на территории Российской Федерации, либо в соответствии с ч. 1 ст. 64 УК РФ, если суд усмотрит в отношении осужденного исключительные обстоятельства. Исключительных обстоятельств в отношении Н. суд не усмотрел. Однако, принимая во внимание, что как указал уголовный адвокат, Н. не проживает по месту регистрации и не имеет в собственности жилья, пришел к выводу, что он не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации. Вместе с тем из материалов дела следует, что Н. является гражданином Российской Федерации, женат, имеет троих детей, вместе с детьми 2 мая 2007 г. зарегистрирован по месту жительства: г. Иркутск ул. Напольная, д. 337, фактически проживает в этом же городе, но по другому адресу, трудоустроен по месту жительства. При таких обстоятельствах, когда у осужденного имеется и место регистрации и место жительства на территории одного российского города, при наличии данных о постоянстве проживания в нем, вывод суда об отсутствии у Н. места постоянного проживания на территории Российской Федерации нельзя признать соответствующим установленным судом фактическим обстоятельствам дела. Данный вывод суда первой инстанции противоречит и положениям ст. 53 УК РФ, поскольку при принятия решения о ее применении не имеет значения, совпадает ли место регистрации с местом фактического проживания осужденного на территории России, находится ли жилище, в котором он проживает или зарегистрирован, в его собственности, или он пользуется данным жилищем на иных законных основаниях. На основании вышеизложенного Судебная коллегия изменила приговор и по ч. 3 ст. 33, п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а также по совокупности преступлений, назначила дополнительное наказание в виде ограничения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, установив ограничения и возложив обязанность, предусмотренные ст. 53 УК РФ. 


5. Назначение судом максимального наказания, которое могло быть назначено осужденному, при наличии смягчающих наказание обстоятельств и других положительных данных о личности повлекло изменение приговора. 

По приговору Приволжского окружного военного суда от13 июля 2018 г. Л. осужден помимо прочего за приготовление к совершению террористического акта по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ (в редакции Федерального закона от 6 июля 2016 г. № 375-ФЗ) к лишению свободы на срок 5 лет. Рассмотрев дело по апелляционной жалобе уголовного адвоката, защитника осужденного, Судебная коллегия по делам военнослужащих приговор в данной части изменила, смягчила наказание, назначенное по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ (в редакции Федерального закона от 6 июля 2016 г. № 375-ФЗ) и по совокупности преступлений. При этом Судебная коллегия исходила из следующего. Согласно ч. 2 ст. 66 УК РФ срок или размер наказания за приготовление к преступлению не может превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части названного кодекса за оконченное преступление. Поскольку санкция статьи ч. 1 ст. 205 УК РФ (в редакции Федерального закона от 6 июля 2016 г. № 375-ФЗ) предусматривает наказание от 10 до 15 лет лишения свободы, Л. не могло быть назначено наказание, превышающее 7 лет 6 месяцев лишения свободы. Кроме того, при назначении наказания суд, в отсутствие отягчающих обстоятельств, признал смягчающим обстоятельством активное способствование Л. раскрытию и расследованию преступлений, в связи с чем в соответствии п. «и» ч. 1 ст. 61 и ч. 1 ст. 62 УК РФ срок или размер наказания не могли превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного ч. 1 ст. 205 УК РФ (в редакции Федерального закона от 6 июля 2016 г. № 375-ФЗ), то есть пяти летлишения свободы (7 лет 6 месяцев х 2/3 = 5 лет). Данный размер наказания является максимальным для Л. по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ. Между тем судом первой инстанции учтены в качестве смягчающих наказание обстоятельств, помимо активного способствования Л. раскрытию и расследованию преступлений, частичное признание им своей вины на предварительном следствии и в судебном заседании, молодой возраст, а также приняты во внимание сведения о его личности, что он ранее не судим, характеризовался по месту учебы и жительства удовлетворительно, и семейное положение. Наличие указанных смягчающих наказание обстоятельств и данные о личности осужденного не позволяли суду первой инстанции назначить ему максимальное наказание, которое могло быть ему назначено по ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ.

 

6.  Нарушение положений ст. 303 УПК РФ, запрещающей внесение в приговор исправлений после его провозглашения, а также ст. 310, 312 УПК РФ, регулирующих порядок провозглашения приговора, является виновным и существенным, поскольку подрывает авторитет судебной власти, доверие граждан к судьям как носителям судебной власти и к правосудию в целом.  

Решением квалификационной коллегии судей от 23 июня 2017 г. судья Т. привлечена к дисциплинарной ответственности в виде досрочного прекращения полномочий судьи городского суда за совершение дисциплинарного проступка. Дисциплинарная коллегия, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по жалобе Т. на решение квалификационной коллегии, в своем решении указала следующее. Исследованные в судебном заседании материалы свидетельствуют о том, что допущенные судьей Т. нарушения процессуального законодательства, в том числе по уголовному делу в отношении К., соответствуют тем, что указаны в решении квалификационной коллегии судей. Из апелляционного определения по уголовному делу в отношении К. следует, что судьей Т. допущено существенное нарушение уголовно-­процессуального закона, что явилось основанием для отмены обвинительного приговора по уголовному делу с направлением дела на новое судебное разбирательство. В адрес судьи Т. вынесено частное определение. Нарушение закона  выразилось в том, что содержание оглашенного судьей Т. текста приговора в отношении К. существенно отличается от текста приговора, имеющегося в деле, и текстов копий приговора, врученных сторонам. Расхождения между оглашенным приговором и содержащимся в материалах уголовного дела приговором в отношении К. составляют более 800 слов и знаков препинания. Кроме того, не оглашено, но внесено в приговор более 200 слов. Такие значительные расхождения между текстами оглашенного и имеющегося в деле приговоров суд апелляционной инстанции расценил как неустранимое в суде апелляционной инстанции существенное нарушение уголовно-процессуального закона, которое путем лишения или ограничения гарантированных прав участников уголовного судопроизводства или иным путем повлияло или могло повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения. В частном определении, вынесенном в адрес судьи Т., не только обращено внимание на указанное нарушение уголовно - процессуального закона, но и сделан вывод о том, что подобные факты подмены приговоров или внесения в них исправлений после провозглашения недопустимы в судебной практике, поскольку подрывают авторитет судебной власти, доверие граждан к судьям как носителям судебной власти и к правосудию в целом. Данные обстоятельства подтверждены материалами дела, в том числе аудиозаписью оглашения приговора судьей Т. Принадлежность Т. голоса, содержащегося на представленных экспертам аудиозаписях, подтверждается заключением экспертов Экспертно­ криминалистического центра главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Москве. Таким образом, Т. грубо нарушила требования уголовно-­процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении К., в том числе положений ст. 303 УПК РФ, запрещающей внесение в приговор исправлений после его провозглашения, а также ст. 310, 312 УПК РФ, регулирующих порядок провозглашения приговора и вручения его копий, на что указывалось в представлении о привлечении Т. к дисциплинарной ответственности. Кроме того, в судебном заседании Дисциплинарной коллегии нашли свое подтверждение и другие нарушения уголовно - процессуального законодательства. Так, судьей Т. допущены нарушения, связанные с вопросами обращения приговоров к исполнению в отношении 8 осужденных. По уголовному делу в отношении С. судьей Т. были неправильно применены положения ст. 81 УК РФ об освобождении от наказания в связи с болезнью, а также требования нормативных правовых актов, регламентирующих процедуру освобождения осужденного от отбывания наказания ввиду данного обстоятельства. Дисциплинарная коллегия отметила, что допущенное судьей Т. нарушение по своему характеру является виновным и существенным. Оно не может рассматриваться как ошибка в толковании и применении норм права, то есть как судебная ошибка. Нарушения, допущенные судьей Т., носят очевидный характер, они повлекли искажение принципов уголовного судопроизводства, грубое нарушение прав участников процесса, что свидетельствует о невозможности продолжения осуществления судьей своих полномочий. При разрешении вопроса о виде дисциплинарного взыскания квалификационной коллегией судей, вопреки доводам жалобы административного истца, учтены обстоятельства совершения проступка, его тяжесть, данные о личности и семейном положении Т., ее профессиональные качества и стаж работы в должности судьи, то есть все те обстоятельства, на которые она обращает внимание. Решение о привлечении Т. к дисциплинарной ответственности в виде досрочного прекращения полномочий судьи вынесено квалификационной коллегией в правомочном составе, тайным голосованием, большинством голосов. Нарушений процедуры голосования не установлено. На основании изложенного Дисциплинарная коллегия в удовлетворении жалобы Т. отказала.


 

 


К другим публикациям и комментариям:

05 фев 2019
Адвокаты по антимонопольному законодательству
Адвокаты по антимонопольному законодательству более 20 лет успешно защищают клиентов в анимонопольных спорах.

13 июня 2017
Адвокат по делам упрощенного производства о приемуществах
Адвокаты по делам упрощенного производства считают, что упрощенная процедура существенно сокращает сроки рассмотрения и упрощает защиту нарушенных прав.

02 дек 2016
Контролируемые иностранные компании адвокаты защищают с 2015 г.
Новые положения о контролируемых иностранных компаниях адвокаты комментируют постатейно.